«План был прост, как удар лопатой по лбу. Мы наловили тварей на болоте за домом Старого Мэка. А чтобы они не оттяпали нам задницы раньше времени, Бобби Рэй нашпиговал куриные тушки какими-то таблетками, которые выгреб из прикроватной тумбочки своей бабули. На пузырьке было нацарапано „Успокоительное“, но, судя по той скорости с которой болотные уродцы стали вялыми и мечтательными, бабуля Бобби Рэя была не просто крепкой старушкой, а бетонным бункером в юбке».

Читать, смотреть, слушать и подпевать на форуме

15 декабря студия КОМ традиционно празднует день рождения Ильи Воронина, автора комиксов и иллюстратора многих известных произведений нашей фантастики и фэнтези. В архив КОМа, в текстовой его раздел, добавлено интервью с Ильёй, опубликованное в «Вечерней Москве» 30 лет назад.

Читать интервью
Обсудить на форуме

По случаю 170-летия Владимира Алексеевича Гиляровского (1855–1935), корифея дореволюционной журналистики, достаём его ранний портрет в составе редакции московского сатирического еженедельника «Будильник» и точно определяем автора рисунков. Вернее, двух авторов. Оба — ведущие комиксисты-«восьмидесятники» из Москвы, активно работавшие на обе столицы.

Свое 20-летие «Будильник» отмечает в марте 1885 г. коллективным портретом сотрудников на тонированных литографиях в конце журнала: «Мастерская художников „Будильника“» и «Редакционный день „Будильника“». Теперь это ценнейшие иконографические документы дореволюционной журналистики.

Литография «Мастерская художников» подписана «Т. С.», есть на ней и автопортрет Т. С.: второй слева мужчина с восточными чертами лица, короткой стрижкой, слегка подкрученными усами. В издании биографической повести А. И. Роскина «Чехов» 1939 г., приводящем этот рисунок, неправильно указано «Зарисовка художн. Г. Симова», и эта ошибка иногда всплывает при репродуцировании.

Уточнить автора «Мастерской художников» помогает другая ошибка — в воспоминаниях Гиляровского. В «Москве и москвичах» он описывает вторую литографию из юбилейного номера: «Совсем юный Антон Чехов, изображено Константином Чичаrовым и напечатано в красках во всю страницу журнала». На этом же портрете кроме Чехова («Чехонте») ещё и молодой Амфитеатров («Меф. из Х.»), и сам Гиляровский («Гиляй»), когда ему было 30 лет. Он справа, входит через дверь. Только композицию с Чеховым и другими литераторами рисовал не Чичагов, что видно по подписи в левом нижнем углу изображения «Р. Лилин». Лилин  — псевдоним, образованный дантистом, карикатуристом и комиксистом Михаилом Михайловичем Чемодановым (1856–1908) от имени жены. У московских цензоров Чемоданов был вне закона — один уже поплатился службой, не заметив антиправительственной сатиры в карикатуре художника. Настоящее его имя редакция скрывала, в работу ничего опасней казусов из провинции старались не давать.

Впрочем, репортёрская память не сильно подвела Гиляровского: Чичагов действительно рисовал упомянутую обложку, но с другой стороны — где портреты художников, включая его самого. Кроме того, он был штатным сотрудником. «Субботы в редакции были сборными днями: получали гонорар, сдавали и обсуждали всей компанией материал на следующий номер, а постоянный художник и кари¬катурист редакции К. Н. Чичагов сидел обыкновенно молча в углу и делал зарисовки», — вспоминал Гиляровский в «Москве газетной».

Под псевдонимом «Т. С.» (или «р. Т. С.» — рисовал Т. С.) работал Константин Николаевич Чичагов (1849–1903) — выходец из семьи архитекторов (отец и братья спроектировали немало московских достопримечательностей). Однако он не пошёл по семейной стезе, а посвятил себя карикатурам и комиксам, часто работал со сложными многокадровыми композициями. В этом смысле показателен его безымянный разворот о пьяных безобразиях купцов на Нижегородской ярмарке.

Смотреть разворот о пьяных безобразиях купцов
Обсудить на форуме

4 декабря на книжной ярмарке состоялась презентация книги Александры Латышевой-Галеевой «Комиксы как искусство. Всемирная история комиксов», объёмного транснационального исследования истории девятого искусства, адресованного как широкой аудитории читателей, интересующихся комиксами, так и академической среде — тем, для кого комиксы так или иначе входят в сферу научных интересов:

«Мне интересно разбирать комиксы именно как формат, как некий медиум, через который люди из поколения в поколение рассказывают истории. Ведь корни комиксов лежат очень глубоко. Мы находим примеры последовательного искусства, последовательных изображений в разных культурах, на разных континентах, в разные временные периоды, и созданы они независимо друг от друга».

«В моей книге несколько разделов. Первый посвящен пониманию комикса: что такое комикс и чем он отличается от... не комиксов, от анимации или еще от чего-то. Дальше мы поговорим о развитии прото-комикса. Как раз-таки где, когда и как комикс появился, как он развивался, в разных странах и каким образом пришел именно к тому формату комиксам, который мы сейчас представляем и чаще всего видим на прилавках комиксных магазинов и книжных магазинов».

«Дальше следует четыре больших раздела, посвященных развитию комиксов в разных странах, в разных эпохах. Прежде всего я рассказываю об американских комиксах, потому что последние десятилетия, благодаря большому количеству экранизаций, 10 лет перед пандемией прошли под знаком кинематографической вселенной Марвел. Вот благодаря всем этим фильмам, анимации, мы очень много знаем об американских супергероях, прежде всего. Однако […] американский комикс гораздо шире, чем просто супергерои, чем просто пресловутые трусы поверх штанов. И мне хотелось рассказать о том, как он развивался, потому что его развитие очень тесно связано с развитием самой страны, с развитием в принципе мировых отношений. […] Следующий раздел очень важный — это комиксы в Азии, в восточно-азиатских странах: японская манга, корейская манхва и китайская маньхуа. […]  Именно азиатские комиксы в последнее время обходят по популярности американские, чем какие бы то ни было другие. […] Дальше поговорим про европейский комикс, конкретно про франко-бельгийскую школу. Пожалуй, это такой носящий титул самого эстетского комикса и, возможно, менее всего известный читателю, но от этого не менее интересный. Ну и, наконец, конечно же, непростая история русского комикса. Безусловно, последовательные картинки, лубочные картинки были известны на Руси достаточно давно и были популярны вплоть до революции. Комикс после революции также никуда не делся, он существовал в виде детских журналов».

Купить книгу у издателя
Смотреть рассказ автора о книге
Обсудить на форуме

На одном из арт-аукционов показали комикс-зарисовку Павла Егоровича Щербова (1866–1938) — либо психоделический эксперимент в лучших традициях «КомФедерации», либо пародия, адресат которой пока неясен. Судя по подписи-псевдониму «Old Judge», могла предназначаться для журнала «Шут», с которым художник сотрудничал в 1896–1906 гг. Основная, практически единственная тема сатир Щербова — художественный мир империи на стыке веков: коллеги, их критики, меценаты. Судя по воспоминаниям, в погоне за эффектом пускался во все тяжкие, не жалея ни средств, ни сил, ни объектов своего творчества: «“Слабостью Куинджи была любовь к птицам. Ежедневно, в двенадцать часов, когда ударяла пушка в Петропавловской крепости, казалось, все птицы города летели на крышу дома, где жил Куинджи. На крышу выходил Архип Иванович с разным зерном и кормил птиц. Он подбирал больных и замерзших воробьев, галок, ворон, обогревал в комнате, лечил и ухаживал за больными. Говорят, что какой-то птице, заболевшей дифтеритом, он вставлял перышко в горло и тем спас от смерти. Жаловался на жену: „Вот моя старуха говорит: с тобой, Архип Иванович, вот что будет — приедет за тобой карета, скажут, там вот на дороге ворона замерзает, спасай. И повезут тебя, только не к вороне, а в дом умалишенных“. Карикатурист Щербов изобразил в карикатуре Куинджи с клизмой, которую он приготовляется ставить вороне на крыше дома. „Это он, Щербов, знаете как? — говорил Архип Иванович. — Подкупил дворника и из слухового окна соседнего дома зарисовал меня на крыше. Дворнику два рубля дал, а можно было и за пятьдесят копеек. И как же так — вороне? Да это же никак невозможно, и на крыше... Это же она улетит“». (Минченков Я. Д. Воспоминания о передвижниках. — Л.: Художник РСФСР. — С. 198.) Карикатуру с Куинджи «Пернатые пациенты» см. ниже. Себя художник изобразил в правом верхнем углу за дымовой трубой.

Обсудить на форуме